Вся моя жизнь в искусстве прошла под знаком того, что нельзя говорить «сотовый телефон»

(Надеюсь, не надо пояснять – почему.) Не то что бы такая установка была тогда введена в канон русского языка официально. Всё, что официально, очень инертно, и если даже ma vie dans l’art началась раньше, чем появились мобильные, то что уж говорить об учебниках. Между прочим, в «Бледном городе», если кто еще помнит, что это, у героев нет телефонов, а сюжет завязан вокруг их непрогнозируемых встреч или не встреч на одном маршруте. И между прочим, когда мне только исполнилось 20 и мы с Димой поехали искать приключения в Казань (нет, Тимур, это не те фотографии), телефонов у нас, видимо, все еще не было, раз мы должны были встретиться в 22.00 на казанском почтамте, а если один из нас не пришел (то есть не доехал, потому что поездку стопом трудно прогнозировать, но, впрочем, не настолько), то в 10.00. Потом я продал пейджер и купил мобилку. Представляете, дети, мамонты еще ходили, а Путин уже был. Все эти годы говорить «сотовый телефон» было то же самое, как баловаться «кофе» в среднем роде, но сегодня, посмотрев, как мой айфон предлагает на выбор «позвонить на сотовый», «рабочий», «домашний», я понял, что проиграл. Долгое время в этой битве за русского языка я оставался один. UPD. Меня тут всё-таки спрашивают, что не так с «сотовым телефоном». Друзья, телефон – мобильный. Связь – сотовая, потому что устроена по принципу пчелиных сот с ячейками. Возьмите отвертку, разберите ваш смартфон, вы не найдете ничего, что напоминало бы соты и давало бы этому аппарату право называться «сотовым». А теперь попробуйте собрать обратно.

29 марта 2018 Разное
Источник: https://www.facebook.com/photo.php?fbid=1871768579562863&set...